Авторская колонка: 

Как известно, в шумерских письменных памятниках выявляются два диалекта: eme-gi7(r) (другие чтения: eme-gir, eme-ku), на котором написана основная масса текстов, и особый женский язык eme-sal, на котором в шумерских текстах говорят богини, смертные женщины и gala — певчие-кастраты.

Подобное явление этнографы обнаружили в XX веке у чукчей и некоторых племен индейцев. У чукчей звуку р в произношении мужчин соответствует звук ц в произношении женщин. Писатель Тихон Семушкин в романе «Чукотка» приводит характерный эпизод: русская учительница предложила чукотской девочке произнести вслух букву р, на что последовал ответ: «Это неприлично!»

У индейцев племени яна (в Калифорнии) мужчины, обращаясь к женщинам, говорят на женском языке, а между собой — на мужском. Женщины могут употреблять мужской язык лишь тогда, когда они цитируют мужские речи (например, рассказывая сказку, где герой — мужчина и т. п.). Между собой и с мужчинами женщины изъясняются на женском языке.

Особый "женский язык" существует также у японцев. Отличается он от "мужского" особыми формами вежливости и некоторыми местоимениями. Если в Японии мужчина использует в своей речи женские формы вежливости или употребляемые ими местоимения, его воспринимают как индивида, приблизительно соответствующего шумерским gala.

Любопытно, что у чеченцев также сохранились идиоматические формулы женского языка, которые мужчины не употребляют, или употребляют лишь цитируя (часто с иронией) женщин. Приведем некоторые примеры таких устойчивых выражений: "Ватта, сан Дела!"; "Вададай!"; "Нана яла хьан!"; "Со яла хьан!"; "Хьо ма да адаме!" и т.д. Наличие в чеченском остатков специального "женского языка" является ярким свидетельством глубокой архаичности нашего языка.

Историк Хасан Бакаев

Комментарии